Глава II Сущность воинской дисциплины.

Известно, что развитие военного дела требует постоянного уточ­нения ряда положений военной присяги, уставов, законов, наставле­ний и т.д. Воинская дисциплина — это особая форма воинских от­ношений, необходимых для успешной совместной деятельности, что поведение военнослужащих регулируется нормами и правилами, изло­женными в законах, воинских уставах и приказах командиров, началь­ников, отражающих особенности военной организации и требования государства к поведению личного состава^[1]. С этим, как говорится, не поспоришь.

Я, полагаю, что определение сущности воинской дис­циплины в Дисциплинарном уставе как «строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных законами - воинскими уставами и приказами командиров (начальников)». Совершенно неправомерно, на мой взгляд, утверждать, будто воин­ский порядок в Уставе рассматривается как нечто «существующее вне и независимо от дисциплины». Устав четко оп­ределяет, что воинская дисциплина — это «строгое и точное соблюде­ние порядка и правил…». Иначе говоря, именно дисциплина обеспечи­вает практическую реализацию установленного порядка. Следовательно, его соблюдение может осуществиться, прежде всего, в результате «ак­тивности» дисциплины. Причем, само собой разумеется, что без дисци­плины не может быть и порядка. Определение четко фиксирует, что порядок обеспечивается постоянным, целенаправленным «воздействием» дис­циплины.

Ведь в реальной жизни порядок реализуется через осуществление совокупности правил. В уставном определении воинской дисциплины порядок и правила рассматриваются как два признака воинской дис­циплины. Возможно, тут не все продумано до конца. Ведь при этом как бы игнорируется, что порядок является целью воинской дисциплины. Сама воинская дисциплина призвана, как следует из уставного опреде­ления, обеспечить создание и поддержание воинского порядка. Что же касается правил, то они представляют духовные образования, тождест­венные или близкие нормам, принципам, методам, способам дейст­вий, обеспечивающим достижение намеченной цели.

Дисциплини­рованность, как качество военнослужащего, представляет собой от­ношение его индивидуального сознания к установленной во Внутренних войсках, дисциплине и способность строить свое поведе­ние в соответствии с ее требованиями. Следовательно, «дисциплини­рованность выражает единство двух сторон — особого свойства созна­ния и определенной формы поведения». Во-первых, трудно со­гласиться, что дисциплинированность выражает лишь отношение к дисциплине. Ведь отношение к дисциплине может счи­таться признаком как дисциплинированности, так и недисциплиниро­ванности. Поэтому дисциплинированность следует рассматривать как положительное отношение к воинской дисциплине. А это есть не что иное, как способность строить свое поведение в соответствии с требо­ваниями дисциплины, т.е. дисциплинированность — не что иное, как духовная составляющая. Значит, есть основания полагать, что дисцип­линированность обладает признаком, находящимся в духовной сфере, представляя элемент сознания воина.

Тем не менее и «дисциплина воина» (личная дисциплина) также об­ладает обоими этими компонентами. Поэтому-то и нельзя согласиться с утверждением автора, что, «употребляя понятие «дисциплина воина», (личная дисциплина), мы выделяем лишь одну сторону дисциплини­рованности (соблюдение установленных норм, правил поведения), а именно, практическое поведение, выражающееся в соблюдении требо­ваний дисциплины».

• [1] См.: журнал «Военная мысль» № 3 2002г.